?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Стенограмма приёма жителей Кировского района Председателем КГА и Главным архитектором Олегом Рыбиным 18 декабря 2013 года.


С 14 минуты аудиозаписи.
Николай Лаврентьев: Уважаемый Олег Васильевич! Конкретные вопросы к КГА. У нас тут 4 вопроса. Мы хотели бы узнать на каком основании Комитет по градостроительству издаёт распоряжения о подготовке документации по планировки территории – проектов межевания и проектов планировки, и пишет в своих распоряжениях в том числе для территорий зон охраны, о том, что разработчик должен руководствоваться градостроительным регламентом Правил землепользования и застройки, когда как эти регламенты по решению суда в зонах охраны не действуют?
Олег Рыбин: Это которые отменены судом в 2011 г.?
Николай Лаврентьев: Да. Тем не менее, вот выпуск «Информационный бюллетень» от 17 апреля 13 года, это специальный выпуск.
Олег Рыбин: Сделайте запрос на нас по конкретному адресу, и мы ответим Вам. То, что в полномочиях КГА является выпуск этих распоряжений это я сразу скажу без, вот это самое, потому что никто больше не издаёт распоряжений о выполнении проектов планировки. Если конкретные, значит, имеются в виду те зоны охраны, которые отменены судом и ПЗЗ отменённые судом, - мы Вам ответим квалифицировано.
Николай Лаврентьев: Не отменены судом, а признаны не действующими и не подлежащими применению.
Олег Рыбин: Да нет, подождите, там не по каждому адресу Вы ходили в суд, там есть решение суда, которое комплексно это делает, отменяет, приостанавливает ПЗЗ, так? Сейчас идёт работа в Правительстве, что это всё заново… Ну знаете… Всё.
Николай Лаврентьев: Из этого вытекает следующий вопрос. В ПЗЗ есть норма, которая с 2012 года запрещает при отсутствии Региональных нормативов градостроительного проектирования разрабатывать проекты планировки, соответственно издавать эти распоряжения с 12 года запрещено, но Вы их издаёте?
Олег Рыбин: Издаём. А потому что это не федеральный норматив, а это, это, в федеральном законодательстве такого нет, есть указание прокуратуры на этот счёт, если Вы про это не знаете, мы Вам тоже ответим на этот счёт, Вы нам только дайте нам его и всё! В ПЗЗ только в Петербурге этот закон действует, местный. Без РНГП нельзя утверждать проект планировки только в Петербурге. Федеральный норматив, это не предусмотрено.
Николай Лаврентьев: То есть Вы считаете, что орган государственной власти Санкт-Петербурга не должен исполнять местные законы?
Олег Рыбин: Свои законы, он должен, должен!
Николай Лаврентьев: Почему Вы его не исполняете?
Олег Рыбин: Вы запрос мне сделайте на этот счёт, я Вам отвечу.
Николай Лаврентьев: Хорошо. Тогда, вот такой вопрос. Какие действия Ваш Комитет предпринимает для разработки градостроительных регламентов для территорий зон охраны, которые отвечают требованиям статьи 60 Федерального закона о памятниках и требованиям Постановления 315 Правительства Российской Федерации?
Олег Рыбин: Это полномочия ГИОПа.
Николай Лаврентьев: Градостроительные регламенты – это ПЗЗ, - это Ваши полномочия.
Олег Рыбин: Если Вы читаете букву закона Градостроительного кодекса, там вообще написано, что градостроительные регламенты не распространяются на зоны охраны. Они не распространяются на зоны охраны. Градостроительные не распространяются туда, если Вы читаете федеральный закон. Вот давайте просто, я, конечно, юрист, но не настолько. Вы опять запрос мне дайте, потому что в данном случае здесь, я знаю федеральный закон и города, в которых вообще не действуют градрегламенты в охранных зонах и там полномочия… Стоп, стоп. Вот это история совершенно другая, есть такое понятие, объединённая охранная зона, есть такое понятие? Есть. Мы с Вами очень долго будем дискутировать, но только это не предмет приёма граждан Кировского района. Молодой человек, я услышал Вас, пишите письма. Напишите письмо по каждому. Это, извините меня, не предмет приёма жителей района. Вы напишите мне запрос, я Вам отвечу.
Николай Лаврентьев: Следующий вопрос, вот такой вопрос, каковы действия Вашего Комитета по вопросу разработки границ исторического поселения?
Олег Рыбин: Молодой человек, я Вам сказал, напишите все Ваши вопросы мне письменно. Приём жителей Кировского района! А Вы сейчас говорите о трактовке, подождите, законодательства федерального и местного – это совершенно другая история. Вот Вы мне запрос сделайте, я Вам его буду трактовать.
Николай Лаврентьев: Хорошо, вот такой вопрос, относительно Александрино и Нарвской Заставы, Ваше мнение, как главного архитектора, должны эти территории быть в историческом поселении или нет?
Олег Рыбин: Это мнение должно подтвердиться ГИОПом на основании экспертизы.
Николай Лаврентьев: Хорошо и последний вопрос. Вот у нас с Вашим Комитетом несколько судебных дел, у меня Лаврентьева, у Баланюк, у Боковой. В отношении Александрино есть три согласования главного архитектора, когда ещё был Митюрёв, которые мы оспорили в суде. Позиция Вашего Комитета, Ваших юристов в суде такая, что согласование главного архитектора не имеет никакого правового значения, оно не может быть оспорено и вот в связи с этим вопрос: Как Вы оцениваете правовое значение согласования главного архитектора архитектурно-планировочных решений и генеральных планов земельных участков применительно к территории Кировского района?
Олег Рыбин: Я ещё раз говорю – это трактовка федерального законодательства. Градкодекс он исключил пункт из старого, который действовал в старом градкодексе о согласовании проектной документации органом архитектуры, исключил. Если Вам более подробно нужно – напишите письмо, я Вам точно также отвечу. Потому что этого нет с 2004 года, с 29 декабря.
Николай Лаврентьев: А для чего тогда существует должность главного архитектора? Вы получаете за это деньги, у Вас есть должностной регламент главного архитектора и Вы ведёте приём и ставите штампы на генеральном плане, на фасадах, и ставите там свою подпись. Зачем это делается?
Олег Рыбин: Есть должность такая муниципальная – председатель Комитета архитектуры и градостроительства – орган государственной власти. Я говорю о том, что я чиновник – чиновник. Меня можно назвать главным архитектором, главным художником, но главный художник мой заместитель как председателя, а есть первый заместитель, есть ещё один заместитель, бухгалтер – но это чиновники государственного органа государственной власти исполнительного органа! Так? Согласны с этим? Подождите, так закон написан, значит, он другим чем-то занимается кроме согласований.
Николай Лаврентьев: Скажите пожалуйста, чем занимается главный архитектор, помимо согласований главного архитектора?
Олег Рыбин: Да нет проблем. Вы дайте мне запрос, я Вам должностной регламент председателя пришлю.
Николай Лаврентьев: Да у нас всё это есть! Вы ничего не знаете, Вы ответить не можете, Вы ни в чём не разбираетесь. Вы занимаете должность главного архитектора за бюджетные деньги Вы просто так!
Олег Рыбин: Я отвечу Вам, чем я занимаюсь.
Николай Лаврентьев: Вы занимаетесь незаконной деятельностью, подписываете незаконные распоряжения КГА, нарушаете закон, обходите судебное решение 2010 года, вот числе по Нарвской Заставе и по Александрино, применительно к территории Кировского района.
Олег Рыбин: Вы это в суде услышали? Услышали! Ну и всё! Почему здесь это нужно обсуждать? Это не суд! Это не судебное заседание!
Николай Лаврентьев: Зачем в отношении Александрино изданы согласования главного архитектора, какой в них смысл?
Олег Рыбин: Вы в суде сейчас с этим вопросом? Так? Давайте, дождёмся решения суда и всё будет ясно.
Николай Лаврентьев: Так вопрос не в том, будут признаны они незаконными или нет, а в том какой правовой смысл?
Олег Рыбин: Я вам говорю, что Вы направите нам запросы, и мы ответим Вам.
Николай Лаврентьев: Да мы прекрасно знаем какой бред Вы отвечаете.
Олег Рыбин: Если Вы называете федеральный закон бредом, это Ваши проблемы.
Николай Лаврентьев: А Вы считаете бредом местный закон. И не исполняете его.
Олег Рыбин: Вы сейчас о чём говорите? О конкретном судебном процессе, который идёт у Вас с КГА? Конкретный адрес вылился в судебный процесс, который не закончен, вот закончиться, давайте придём ещё раз.
Конец на 27-й минуте.

Аудиозапись:



Стенограмма приёма жителей Калининского района С.-Петербурга Председателем КГА и Главным архитектором С.-Петербурга Олегом Рыбиным 15 января 2014 года

Николай Лаврентьев: Мы хотели бы обратить внимание, что согласно пресс-релизу на сайте КГА приём осуществляется по вопросам градостроительства в Санкт-Петербурге, а не только в Калининском районе, вот, что написано у Вас на сайте. Здесь написано Санкт-Петербург.
Олег Рыбин: Вы поймите, логика событий очень простая, если я по всему Петербургу, вот здесь присутствуют и районная служба.
Елена Малышева: Просто на прошлом, при прошлой нашей встрече, Вы сказали, что вот когда выйдет решение суда, мы поговорим. Решение суда состоялось в понедельник, суд принял нашу сторону, Вам, наверное, уже донесли – это по поводу Александрино. Мы задавали вопросы с вопросами связанными и с Александрино, и с Калининским районом, и с реновацией, и по городу в целом.
Николай Лаврентьев: Мы хотели бы спросить в какой срок будут отменены градостроительные планы?
Елена Малышева: Суд признал их незаконными.
Олег Рыбин: Там последняя инстанция? Решение вступило в силу?
Елена Малышева: Последняя.
Олег Рыбин: Кассация? Апелляция?
Елена Малышева: Вторая инстанция, решение вступило в силу, с 5 часов понедельника.
Олег Рыбин: Я просто не знаю, точно нужно со Щедровой поговорить, просто, если решение есть…
Елена Малышева: Решение районного суда было принято в мае прошлого года, апелляционное решение суда вступило в силу в 5 часов вечера в понедельник.
Олег Рыбин: Тринадцатого?
Елена Малышева: Тринадцатого, а определение будет, как положено, через несколько дней.
Олег Рыбин: Да, да, да.
Елена Малышева: Просто нам тогда было сказано, что мы будем разговаривать после суда, вот суд состоялся.
Николай Лаврентьев: Вот мы хотим задать ещё вопрос такой. Намерены ли Вы провести служебную проверку в КГА на предмет выдачи незаконных градостроительных планов для зон охраны, вот таких как мы оспорили, и планируете ли Вы в соответствии с Конституцией статьёй 15 и пункта 1.3 Положения о КГА – отменить эти градостроительные планы? В том числе для территории Калининского района, для всего города?
Елена Малышева: Потом что основания для подачи заявления в суд по этим кварталам, включённым в список застроенных территорий практически везде одинаковы.
Олег Рыбин: Ну, я сейчас не могу ручаться, здесь надо разговаривать с юристами, потому что в одностороннем порядке отмена градостроительного плана, насколько я знаю, невозможна, либо по заявителю, по обращению заявителя, либо по решению суда. Поэтому вот тотально, тотально по одному судебному решению конкретному все остальные отменять, по-моему, нельзя.
Елена Малышева: Тогда надо ставить вопрос о том, что суды города Санкт-Петербурга будут завалены одинаковыми заявлениями, их будет ну несколько сотен, если не тысяч. Что делать с этим?
Олег Рыбин: Может быть. Коллеги, что я могу сказать? Если будет иное, если нам суд скажет отмените вообще все похожие, если вопрос похожести надо просто понимать, подобности. Ну понимаете, каждый раз основания могут быть в нюансах, если это нюанс существенно влияет. Поэтому тотально суд и не принял решения такого, что отменить все одинаковые.
Николай Лаврентьев: Есть второй вопрос, вот есть письмо господина Работкевича 2011 года, копию могу Вам оставить и в КГА оно есть, вот здесь даже есть подпись госпожи Киселёвой. Оно говорит о том, что предписывает органам государственной власти Санкт-Петербурга руководствоваться нормами высот, которые определены в проектах зон охраны 2008 г., а не теми, которые установлены в Законе Санкт-Петербурга 820-7. Известно ли Вам такое письмо и считаете ли Вы правильным пользоваться высотными параметрами Проекта зон охраны, а не Закона?
Олег Рыбин: Ну, письмо написано, Вы же сами видите, оно написано в Комитет по государственному контролю (КГИОП).
Никола Лаврентьев: Да, но вот подпись Киселёвой, вот штамп Вашего Комитета.
Олег Рыбин: Для предложений, прошу переговорить, написано, если Вы его читали. Значит председатель Комитета переговорил с теми кто принимал решения.
Никола Лаврентьев: И что он решил?
Олег Рыбин: Что он решил…
Елена Малышева: Как можно получить официальный ответ о том, что этот вопрос в Комитете рассматривался и какое решение по этом вопросу принято?
Олег Рыбин: Ну, запрос сделайте нам. Я не готов сейчас эти вещи комментировать – это нужно разобраться в вопросе. Вы направьте нам запрос, по поводу того, как Комитет среагировал на это письмо и мы Вам ответим.
Николай Лаврентьев: В прошлый раз мы задавали такой вопрос, какое отношение имеет Ваш Комитет к разработке градостроительных регламентов в границах зон охраны. Вы сказали, что это компетенция КГИОП, вот у нас есть титульный лист проекта градостроительных регламентов, где в шапке указан Ваш Комитет, который разрабатывал градостроительные регламенты для зон охраны. В электронном виде могу Вам показать все регламенты. Какое отношение имеет Ваш Комитет к разработке градостроительных регламентов?
Олег Рыбин: Ну, хорошо. Мы Вам ответим.
Николай Лаврентьев: Ну, вот есть такой вопрос. Знаете ли Вы документацию по объекту всемирного наследия для территории Санкт-Петербурга и руководствуетесь ли ей, при принятии решений?
Олег Рыбин: Безусловно.
Елена Малышева: Тогда следующий вопрос, почему автоматически очень часто, принятые КГА решения, противоречат документации по охране объектов культурного наследия.
Олег Рыбин: Конкретный случай? Конкретный случай, и мы Вам ответим, что противоречит и противоречит ли? В письменном виде. Я просто сейчас действительно, комментировать нарушения, если мы не, описательную часть мы не понимаем, а только на словах, я не готов.
Елена Малышева: Это касается даже того момента по которому было принято решение судом, в нашу пользу, там речь идёт в том числе и об охране видов территорий Петергофской дороги, а градостроительный план, который был утверждён распоряжением КГА и признан незаконным, как раз и нарушает те положения законодательства об охране объектов культурного наследия ЮНЕСКО. Виды по Петергофской дороге.
Олег Рыбин: То есть суд решил, что нарушает? Хорошо, это первый Ваш вопрос, мы его уже, мы исполним решение суда, конечно.
Елена Малышева: Так это же не единственный градостроительный план, который нарушает?
Олег Рыбин: Почему Вы так говорите? А может единственный! Почему? Коллеги, давайте просто этот вопрос уже обсудили, что если будут ещё какие-то решения суда, мы и будут приняты решения отменить градостроительные планы, конечно.
Николай Лаврентьев: Вот тут вот есть ещё такой вопрос. Каково Ваше отношение как Главного архитектора к высотному строительству в Санкт-Петербурге, как Вы относитесь к таким небоскрёбам, как Лахта-центр, небоскрёб на Поклонной горе и у Ладожского вокзала, например?
Олег Рыбин: Вы понимаете, есть. Вы только что говорили о Законе, есть Закон, есть так называемая визуализация которая позволяет определить нарушает это закон или не нарушает. Есть 3D модель, она в общем, я Вам скажу, она в общем одна из немногих в России, которая. Их даже три! Которая действительно позволяет определить нарушается закон или нет. По набережным панорам и тот самый визуальный анализ, который позволяет определить нарушает это или нет закон. Потому что там есть определённый совершенно критерий, там, дальность, 6 километров, например, видимость, высотность, уголь обзора, угол, значит, сектор обзора и так далее и так далее. Это совершенно конкретные показатели и критерии оценки высотного объекта, поэтому здесь, ну что значит, какое отношение? По закону должно быть, мы вот недавно на Градостроительном совете, значит, запретили нарушать закон 820-й у Ладожского вокзала, когда значит, вот тоже очень долго обсуждали, там есть точка, которая начинает действительно влиять, хотя параметр 6 километров, тоже, в общем, он достаточно условный, но он вот такой, он есть, другого нет просто. Здание должно соответствовать закону.
Елена Малышева: 6 километров от центра города или 6 километров от линии. Тогда Лахта-центр у нас попадает в эти 6 километров, там вообще-то 2 километра.
Олег Рыбин: Нет. Я привёл пример одного из параметров визуально-ландшафтного анализа и боле того… По Лахта-центру был целый доклад, значит, приезжал эксперт ЮНЕСКО, Вы это прекрасно знаете, вот значит эксперт ЮНЕСКО всё посмотрел, все значит 3D модели и анимацию, если он напишет сейчас, что это всё нарушается, нарушение закона существенным образом влияет и нужно корректировать проект Лахта-центра, значит, города Санкт-Петербург будет реагировать на это заключение эксперта ЮНЕСКО.
Елена Малышева: Мы общались с экспертом ЮНЕСКО. А что касается 3D модели то при рассмотрении вопросов строительства Охта-центра в Смольнинском суде, вопрос легитимности, вот этой, вот этой 3D модели, вот этой программы, рассматривался и был поставлен под сомнение даже судом, поскольку там достаточно много.
Олег Рыбин: Не отменён?
Елена Малышева: Я не могу сказать, что отменён, потому что этот вопрос в суде не стоял, но его правомерность судом рассматривалась и, было признано, что она вообще-то не совсем правомерна.
Олег Рыбин: Не бывает не совсем правомерности, как и осетрины второй свежести.
Елена Малышева: Бывает осетрина второй свежести, бывает.
Олег Рыбин: Ну не могут быть чуть чуть нарушены. Они нарушены либо не нарушены. Как и закон. Чуть-чуть, не совсем, это нет… Хорошо, нет проблем, если градозащитники этот вопрос поставят и этот вопрос будет рассматриваться в суде, о правомерности этого инструмента как градорегулирующего фактора, тогда он и будет рассмотрен судом и отменён. Это же была уже история, отменили действия регламентов 820-го закона, ну было же.
Николай Лаврентьев: Вопрос по этой модели. Она имеет статус как РГИС?
Олег Рыбин: Вы запросите нас, мы Вам дадим, какой статус она имеет.
Николай Лаврентьев: И могу ли граждане обращаться в эту систему и смотреть её, как РГИС?
Олег Рыбин: Ну, давайте, мы ответим. Я боюсь, что всё-таки это инструмент НИПЦ Генплана – государственного казённого учреждения, никакой другой. Все другие… Если модели другие в свободном, что называется, обращении, у других институтов они. Есть вообще другой способ. Самый, на мой взгляд, способ очень простой и эффективный, это воздушный шарик.
Елена Малышева: Мы этим и занимались в своё время, проводили акции.
Олег Рыбин: Да, я тоже этим занимался много раз, это самый такой нормальный, но это…
Елена Малышева: Ну, воздушный шарик, это когда ещё начинали строить Монблан, воздушный шарик показал, что это видно, что это нарушает и портит. Монблан всё равно поставили…
Николай Лаврентьев: Скажите, а вот есть ещё такой вопрос. Вы как архитектор, какие в своей жизни проектировали дома и какие из них были эти проекты реализованы?
Олег Рыбин: Вы понимаете, я член Союза архитекторов ещё СССР. Поэтому загляните на сайт союза за что мне дали, присудили членство в Союзе архитекторов СССР в 91 году, я сейчас не могу Вам, а потом Вы всё равно их не знаете, они все в Нижнем Новгороде и Нижегородской области.
Елена Малышева: Ну, Вы знаете, я достаточно хорошо знаю Нижний Новгород. Вы не можете сказать, что Вы построили?
Олег Рыбин: Ну почему? Я сейчас, что должен перечислять? 14-ти этажный жилой дом на улице Невзорова в городе Горьком. Вам что-то говорит об этом?
Елена Малышева: Да, говорит.
Олег Рыбин: Он даже был напечатан в голландском журнале, значит, «Умбарто гоутхорт».
Елена Малышева: Тогда у меня следующий вопрос. А как Вы относитесь к Главным архитекторам Санкт-Петербурга до Вас?
Олег Рыбин: Уважительно. Очень уважительно.
Елена Малышева: Какие традиции главным архитекторов Вы готовы соблюдать?
Николай Лаврентьев: Да, вот как какой Петербургский стиль должен быть у нас. В архитектуре, который у нас должен быть?
Олег Рыбин: Ну, это вообще, вопрос семинаров и круглых столов, а не приёма граждан.
Елена Малышева: Нет, простите, это не вопрос семинаров и круглых столов.
Олег Рыбин: Это вопрос специальный. Я прошу прощения, но это, в общем, я его сейчас не готов обсуждать.
Елена Малышева: Значит ни одного из главных архитекторов города до Вас, Вы не готовы взять себе в пример?
Олег Рыбин: Почему? Я их всех лично знаю, знаком со всеми. И я сказал, что я уважительно к ним отношусь, каждый работа в своё время, делал своё дело грамотно и правильно, были ошибки, может быть, а может быть не было. Сергей Иванович Соколов, Олег Андреевич Харченко, Александр Павлович Викторов, Юрий Константинович Митюрёв. Вот лично знаю всех.
Елена Малышева: А я имела в виду главных архитекторов города Санкт-Петербурга, например, Трезине, Леблона, Земцов. Речь идёт о преемственности стилей. Викторов, Харченко, тех о которых Вы говорите, я знаю их очень хорошо…
Николай Лаврентьев: У нас есть ещё важный вопрос, касается реновации. Известно ли Вам, что на территориях, предназначенных для развития находятся зданий, которые не подлежат сносу в ходе реализации программы, что является нарушением законодательства, это известная статья 46.1 Градостроительного кодекса, а также это нарушение было установлено ещё Прокуратурой в 2010 году? Ваше лично отношение к этой ситуации и, какие меры Вы намерены принять для изменений этой ситуации?
Олег Рыбин: Я не очень понял, по поводу.
Николай Лаврентьев: Ну, вот у Вас распечатка квартала 43 Полюстрово. Не все дома подлежат сносу – это является нарушением законодательства. Два новых дома, школа, девятиэтажки «точки».
Олег Рыбин: Нет, нарушение законодательства в чём? Выявляется аварийность или будущая аварийность, или, значит, делается реестр, значит, носимых серий, так?
Николай Лаврентьев: Нарушение законодательства в том, что согласно в этой статье 46.1 на территории кварталов, которые переданы в реновацию, не может быть объектов, которые подлежат сносу.
Олег Рыбин: Нет, Вы как-то его. Ну, давайте, хорошо. Сделайте запрос о трактовке этой статьи.
Елена Малышева: Прокуратура этот вопрос нарушения законодательства уже обнаружила.
Олег Рыбин: И что? И отменила все проекты планировки реновации? Я Вас спрашиваю последствия?
Николай Лаврентьев: Она вынесла представление в 2010 году. Прокуратура подготовила представление, которое было направлено ещё в адрес Вице-губернатора Филимонова и это представление до сих пор не исполнено.
Олег Рыбин: Ну, давайте его... Если б оно, вопрос, как оно должно быть исполнено. Я думаю, что там всё-таки был какой-то ответ Прокуратуре, который её удовлетворил, так или иначе. Ну, Вы поймите, Вы сейчас просто говорите о том, что Прокуратура обратилась о несоответствии этой статьи, не действии, значит, то есть Прокуратура тогда, если уж логике Вашей следовать, должна просто взять и заставить отменить все 22 проекта планировки реновации. Этого же не случилось? Я вот о чём. Этого не случилось! Значит, этот запрос был удовлетворён. Давайте его поднимем, если Вы хотите, давайте запросы, и мы Вам его напишем, значит… Давайте ответим, значит, заявителям.
Елена Малышева: Тогда ещё один вопрос, опять же касается Калининского района, то есть усадьбы Кушелевых-Безбородко. Снос объекта культурного наследия. При чём незаконны снос в праздные дни.
Олег Рыбин: Вопрос к нам?
Елена Малышева: К Вам. Можно задать? Лично Ваше мнение, как Главного архитектора города, как руководителя КГА, а можно сносить исторические здания, не важно в праздники, не в праздники.
Олег Рыбин: Нельзя.
Елена Малышева: А тогда какие действия предпримет КГА в результате того, что нельзя сносить?
Олег Рыбин: Действия уже предпринимаются, только не КГА, а Комитетом по охране памятников и объектов культурного наследия.
Елена Малышева: А я имею в виду КГА, действия Главного архитектора города отвечает за архитектуру.
Олег Рыбин: За архитектуру, но не за снос исторических зданий.
Елена Малышева: Снос исторических зданий, это нарушение архитектурного пространства.
Олег Рыбин: Согласен всё-таки здесь есть разграничение полномочий между Комитетам администрации города.
Елена Малышева: А теперь скажу, почему мы спрашивали про Главного архитектора, никогда для главных архитекторов города Санкт-Петербурга или Ленинграда, ни в 18 веке, ни в 19, ни в больше половине 20-го века, вопросы вот такие не стояли и, на сколько я помню, очень часто, а я хороший историк.
Олег Рыбин: Законодательство об историко-культурном наследии появилось гораздо позже. Чем то, о котором Вы говорите.
Елена Малышева: А законодательство об архитектурном наследии в понимании сохранения исторического облика города, было заложено ещё Трезине и Леблоном. Невозможность стоить выше определённых параметров то, что Петром Первым, указами назначалось. Невозможность нарушать некоторые панорамы то, что было по просьбам и требованиям главных архитекторов узаконено Анной Иоановной, потом и Елизаветой и Екатериной. И то, что при Николае Первом было принято как законодательный акт.
Олег Рыбин: Монферран нарушил высотный регламент?
Елена Малышева: Монферран нарушил высотный регламент в качестве специального разрешения. У нас сейчас разрешения на превышение высотных параметров даются пачками, не единичный случай, а пачками…
Николай Лаврентьев: Вот такой вопрос, возвращаясь к прошлой нашей встречи, по поводу полномочий главного архитектора и согласования архитектурно-планировочных решений. Вот Комитет занимается, в том числе, формированием архитектурного облика Санкт-Петербурга. Каким образом, осуществляется вот именно это полномочие в части формирования облика? Каковы механизмы, согласования, действия Комитета?
Олег Рыбин: Для этого созданы регуляторы, которые прописаны в федеральном законодательстве, Генеральный план города, это Правила землепользования и застройки, это выдача градостроительных планов земельных участков, скажем, с совершенно конкретными, значит, параметрами, которые выписываются как из Правил землепользования, так и из всех остальных документов, которые есть.
Николай Лаврентьев: Ну, значит, Вы говорите сейчас о документах территориального планирования, а речь идёт о фасадах. Вот архитектурный облик, как написано в положении о Комитете, наверное, всё-таки фасады. Как Комитет осуществляет свои эти полномочия в части формирования вот этих вот фасадов зданий?
Олег Рыбин: Ну, если Вы знаете, что, значит, распоряжениями создан Градостроительный совет, который рассматривает значимые проекты, которые потом согласовываются решениями Градостроительного совета…
Николай Лаврентьев: А не значимые?
Олег Рыбин: Вот там так написано в Положении Градостроительном совете, если у Вас его нет, мы Вам его дадим. Ну, других, вот, к сожалению, инструментов федеральный закон не предполагает. На это есть решение судов, если хотите.
Елена Малышева: Каких судов?
Олег Рыбин: Судов, где… Да это, в общем... Где… То есть согласование органов архитектуры проектов не требуется. Это записано в Градостроительном кодексе.
Николай Лаврентьев: Но ведь градостроительство – это предмет совместного ведения субъекта и федерального центра. То есть местные законы дополняют и расширяют толкование Градостроительного кодекса и вообще градостроительства, мы, например, не видим никаких препятствий для формирования архитектурного облика, для его контроля со стороны КГА, так как его осуществлял раньше Главный архитектор.
Олег Рыбин: Ну, хорошо. В чём противоречие? Вопрос-то в чём?
Николай Лаврентьев: Вопрос-то в том, что будет дальше с этими согласованиями Главного архитектора, с этими выписками из книг личного приёма?
Олег Рыбин: Ну, у Вас же решение суда состоялось по этому поводу тоже?
Николай Лаврентьев: Так мы-то оспаривали не Ваши полномочия, а мы оспаривали их незаконность только в части регламентов, а то, что вот они должны быть эти согласования, мы согласны, что они должны быть.
Олег Рыбин: Вы понимаете, вот закон, к сожалению, говорит по-другому.
Николай Лаврентьев: А почему же они тогда были и есть?
Олег Рыбин: Вопрос очень простой, решения Градостроительного совета являются рекомендательными, не обязательными. Рекомендательными. Поэтому это ответственность и застройщиков, в том числе, когда он понимает, что строительство значимого объекта вызовет резонанс, общественный в том числе, он решает его обсудить на Градостроительном совете.
Николай Лаврентьев: Вот по Александрино, там есть одно согласование Главного архитектора, ну даже два, 2012 года, проекты не проходили Градостроительного совета, но, тем не менее, они получили вот эту выписку. Какой вот у неё правовой статус? Никакого? Или какой-то есть?
Олег Рыбин: Это тоже рекомендательное решение Главного архитектора.
Елена Малышева: А у нас вообще должность Главного архитектора рекомендательная? Чисто номинальная?
Олег Рыбин: Нет. Должности главного архитектора… Вернее есть Председатель Комитета, как государственный служащий, через тире главный архитектор, это как главный… Есть руководитель Роспортребнадзора тире Главный санитарный врач страны… Есть Главный художник, он занимается в ранге заместителя. Это, это специализация, которая указывается в названии должности.
Николай Лаврентьев: То есть дополнительной ставки за Главного архитектора Вы не получаете?
Олег Рыбин: Нет – точно. Можете проверить, если Вы мне сделаете запрос, я Вам дам полностью расклад, я декларацию заполняю уже 18 лет. Вся моя зарплата прозрачно висит на сайте.
Елена Малышева: Речь даже не об этом. Даже если она не прозрачная. Главный архитектор отвечает за облик города или не отвечает за облик города?
Олег Рыбин: Ну, в рамках своих полномочий, приписанных законом федеральным и полномочиями по Комитету, и по должности.
Елена Малышева: То есть, практически не отвечает?
Олег Рыбин: Ну, если Вы видите, что не отвечает, вот в Вашем видении, значит, нужно обращаться тогда в федерацию и просить для главных архитекторов городов больше полномочий, по Вашему мнению недостаточных на сегодня.
Елена Малышева: Вы посмотрите сейчас во что превращаются наши кварталы, Вы посмотрите на этот так называемый бизнес-центр, вот там где рядом с дачей Кушелевых-Безбородко. Это коробки хуже, чем пятиэтажки.
Олег Рыбин: Ну, Елена Георгиевна, Вы понимаете, это Ваше субъективное мнение.
Елена Малышева: Это не моё субъективное мнение, Вы посмотрите на это. Это Калининский района!
Николай Лаврентьев: А вот считаете ли Вы нужным внести изменения в законодательство, чтобы у главных архитекторов были полномочия согласовывать фасады, архитектурно-планировочные решения официально?
Олег Рыбин: Так это раньше в старом Градостроительном кодексе, в старом, действующем до 31 декабря 2004 года, этот пункт был, его убрали, как административный барьер. Вот и всё!
Елена Малышева: Да это действительно был барьер для строительства в городе, в любом городе!
Олег Рыбин: Да был! Ну, вот так законодатель посчитал, что нужно так сделать.
Елена Малышева: А почему Вам как представителю органа государственной власти, связанного с архитектурой, не поставить этот вопрос по новой?
Олег Рыбин: Ставили, неоднократно, ставили. Этот вопрос, даже КПРФ, фракция КПРФ в ГосДуме ставила, значит, вот он рассматривается сейчас, реально, значит, как… даже было в Интернете, если Вы читаете его, то в Интернете было написано, что КГА предлагает ввести этот пункт обратно в градкодекс… Я-то только за!
Елена Малышева: Я пытаюсь Вам предложить объединить усилия по этому вопросу, ну ведь город уничтожается на корню.
Олег Рыбин: Если Вы читали мои интервью, апрельские, майски, июньские, у меня сплошные были во всех журналах, я только об этом и говорил, о том, что нужно возвращать. Потому что когда закон трактует, что город, что жители города видят объект, когда с него леса снимают и больше не видят. Прошу прощения – это не правильно! На мой взгляд. Потому что действительно процедура градкодекса сегодня такова, что получив градплан, застройщик идёт в экспертизу, а потом сразу за разрешением на строительство и всё!
Елена Малышева: А нам Ваши же представители заявляют, что градплан не означает того, что можно получить разрешение на строительство.
Олег Рыбин: Что значит, не означает? Не может быть, кто? Фамилию назовите мне?
Елена Малышева: Ну, так в судах. Щедрова, Водовозов, Чеготова.
Олег Рыбин: О чём они говорят? Градплан является документом, без которого. Без градплана разрешение на строительство 100% не получить.
Елена Малышева: Мы это и доказываем в суде…
Олег Рыбин: Это не нужно доказывать, это прямое действие закона… Чего же у меня на шее все сидят – «дай градплан, дай градплан», - вот послали бы меня и с этим градпланом тоже далеко, далеко и пошли бы строить без него и разрешение на строительство у Кулакова бы получили без него…

Аудиозапись:

Comments

( 1 comment — Leave a comment )
padunskiy
Feb. 22nd, 2014 03:42 am (UTC)
феерично))
( 1 comment — Leave a comment )

Latest Month

November 2018
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 

Tags

Page Summary

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner